Эксперты «Яков и Партнёры» оценили ключевые изменения мировой и российской нефтегазовой отрасли. Согласно обзору «Реакция замещения: новые точки роста в нефтегазе до 2035 года», одним из главных бенефициаров нового инвестиционного цикла в России может стать нефтесервис. По оценке экспертов, объем рынка нефтесервисных услуг способен увеличиться до 6,4–8,4 трлн руб. к 2035 году в зависимости от сценария развития отрасли.
Так, в базовом сценарии рынок может достичь 4,6 трлн руб. к 2030 году и 6,4 трлн руб. к 2035 году. Сценарий ускоренного технологического развития предполагает рост до 5,2 трлн и 8,4 трлн руб. соответственно. Дополнительный потенциал для отрасли эксперты связывают с растущим спросом на высокотехнологичное оборудование и сервис для трудноизвлекаемых запасов, освоением новых месторождений и перспективой выхода российских технологических решений на экспортные рынки.
Сложные ресурсы
Одним из главных факторов роста спроса на нефтесервис становится изменение российской ресурсной базы. В настоящий момент к трудноизвлекаемым относится до 60% запасов нефти. В текущей добыче доля ТрИЗ составляет около 30%, однако с учетом выработанных, низкопроницаемых и обводненных месторождений доля сложной ресурсной базы приближается к 57%.
О зрелости традиционной ресурсной базы говорит и операционная статистика, указывают эксперты. За 2010–2024 годы обводненность добычи выросла с 29% до 52%, тогда как проходка увеличилась на 77–80%. При этом объем добычи остается относительно стабильным: 516 млн т в 2024 году и 512 млн т в 2025 году. Фактически отрасли приходится бурить существенно больше, чтобы поддерживать сопоставимый уровень добычи.
Одновременно растут инвестиции. Вложения в добычу нефти увеличились примерно с 2,5 трлн руб. в 2023 году до 3,8 трлн руб. в 2024–2025 годах, а к 2030 году могут составить 3,8–4,7 трлн руб. По оценкам, вовлечение в разработку более 10 млрд т нерентабельных сегодня запасов способно обеспечить порядка 80 млн т дополнительной годовой добычи к 2036 году.
Работа на опережение
За последние десять лет уровень импортонезависимости нефтегазового оборудования в России вырос примерно с 40% до 70% при текущей цели отрасли составляет 90% к 2030 году. При этом, отмечают эксперты, локализация оборудования развивается быстрее, чем замещение его наиболее технологически сложной части — специализированного программного обеспечения, телеметрии, роторных управляемых систем и отдельных материалов. Так, доля отечественного ПО в нефтегазе выросла с 8% в 2014 году до 81% к концу 2024 года, однако в ряде ниш сохраняются «белые пятна». Так, более 55% телеметрии приходится на зарубежные поставки, а зависимость от импорта роторных управляемых систем еще в 2023 году была практически полной.
Показательный пример масштабов будущего спроса — гидроразрыв пласта. Сегодня российская отрасль располагает примерно 180 полнофункциональными флотами ГРП, тогда как к 2030 году их потребуется около 300. Это означает необходимость вводить порядка 40 новых флотов ежегодно, причем около 20% потребуется только для замещения выбывающего и изношенного оборудования.
Первый серийный российский флот ГРП начал выпускаться в 2026 году, а достигнутый уровень его локализации составил 79%. Проект стал примером кооперации машиностроительных предприятий, независимого нефтесервиса, отраслевого заказчика и государства.
Окно возможностей
Возможности для российского нефтегаза формируются на фоне глобального инвестиционного разрыва. Мировые инвестиции в разведку и добычу в 2026 году оцениваются примерно в 546 млрд долл. США, что на 30% ниже пикового уровня 2014 года. При этом расходы на традиционную геологоразведку сократились примерно со 160 млрд долл. в 2013 году до 50 млрд долл. в год в 2023–2025 годах.
Среднегодовой объем открытий месторождений углеводородов за это время снизился более чем на 60% — с более чем 20 млрд до порядка 8 млрд барр. н. э. В 2021 году было открыто всего 4,7 млрд барр. н. э., что стало минимальным показателем с 1946 года. Около 90% текущих инвестиций в добычу уже направляется не на ее увеличение, а на компенсацию естественного падения, фиксируют эксперты. Для поддержания предложения к 2050 году потребуется ввести более 45 млн барр./сут новых конвенциональных нефтяных мощностей и около 2 трлн куб. м газовых мощностей.
В такой ситуации значительная часть экономического эффекта следующего цикла может перераспределяться в пользу участников, контролирующих критические сервисные, производственные и технологические компетенции. Для России это открывает возможность не только обеспечить собственную добычу необходимыми решениями, но и сформировать экспортное технологическое предложение.
Кадровый вопрос
Вместе с тем ограничением нового инвестиционного цикла становится кадровый дефицит. В российском нефтегазовом комплексе занято до 1,1 млн человек, при этом незакрытая кадровая потребность к концу 2025 года достигла 27 тыс. специалистов. К 2030 году дефицит кадров для ТЭК может составить до 52 тыс. человек.
При этом отрасли все больше требуются не только традиционные нефтегазовые специалисты — буровики и геологи, — но и разработчики промышленного ПО, специалисты по работе с данными и робототехнике. Государственный заказ по целевым специальностям к 2030 года, базовые кафедры, целевые наборы, корпоративные магистратуры и аспирантуры формирует кадровую базу, однако для удовлетворения будущего спроса потребуется одновременно трансформировать образовательные программы и ускорять автоматизацию производства.
